Ко мне Муза подошла, тетрадь с ручкой подала.

Подвела к столу поближе и как — будто невзначай,

Стул, ногою пододвинув, — на вопросы отвечай.
На какие там вопросы? — молча ей в глаза смотрю,

-Те, что в голове собрались перед сном? — ей говорю.
И на те, и на другие, когда ехал на Алтай.

Целый ком собрал дорогой. По порядку отвечай.
Сел к столу, открыл тетрадку, авторучку расписал.

Меня Муза навещала, пожурила, не серчала,

Говорит: — Ну, что дружок, написал ты мой стишок?:

Я любезно отвечаю: — Посиди, попей-ка чаю,

 Я вот, только допишу все обстоятельно скажу.

Замолчала вся округа. Перебрал я нотный стан, взял гармошку из комода, подумал: дай сыграю сам.
Чуть пробежался по басам, да перешел на голоса. Потом их взял, объединил… Скрипичный ключ мне все простил.

Там, где в поле Иван — чай, всех по — особому, встречай.

Там люди весело живут, танцуют, водочку не пьют.
Ты сразу в душу к ним не лезь, стой, помолчи, сочти за честь.

У них особый свой уклад, хотя гостям, народ тот, рад.
И праздник знают и охоту, когда с полей идут охотно

Слышу, голос: тихий — тихий появился в голове.

А может, это та сорока, что носит новость на хвосте?
Подождал. И снова слышу, голос явно для меня

И выхватывает рифмы, как каштаны из огня.
Я, уселся поудобней, приготовился писать.